25 марта Политолог,  Директор аналитического центра Caspia Орхан Йолчуев выступил на Международном научно-методическом семинаре «Обеспечение общественно-политической устойчивости в условиях геополитической турбулентности: опыт Ближнего Востока и Беларуси»,  организованном в онлайн формате при посредничестве Центра политологии Института социологии НАН Беларуси.

Он отметил, что сегодня вопросы безопасности приобретают исключительную значимость, особенно в стратегически чувствительном регионе Южного Кавказа. По мнению эксперта, современный мир сталкивается с нарастающей фрагментацией глобального порядка, который был выстроен после Второй мировой войны.

«То, что когда-то создавалось как устойчивая и предсказуемая система, сегодня разрушается теми же странами, которые некогда формировали эти правила», — пояснил Йолчуев. Последние три десятилетия мир жил в рамках так называемого rules-based order — порядка, основанного на формальных правилах. Однако, отмечает он, на деле это был порядок силы: тот, кто обладал мощью, устанавливал правила. И сегодня последствия этой логики становятся очевидными — американский миропорядок, сформированный после Второй мировой войны, фактически обнуляется собственными руками США.

Иран, по словам Йолчуева, превратился в один из очагов этого глобального хаоса. Ближний Восток вступает в новую фазу, где события перестают быть локальными и обретают региональный и глобальный резонанс. Удары по Ирану уже нельзя рассматривать как отдельные кризисные эпизоды — это начало глубокой перестройки регионального баланса сил, последствия которой неизбежно выходят за пределы одной страны и даже всего региона.

Эксперт обращает внимание на потенциальные последствия ликвидации верховного лидера Ирана Аятоллы Али Хаменеи и главы Совета национальной безопасности Али Лариджани: «Это переводит накопившееся напряжение в качественно новую, более опасную фазу. Речь идет не только о внутренней трансформации Ирана, но и о последствиях для мировой политики, торговли, энергетики и архитектуры региональной безопасности».

Йолчуев подчеркивает, что рассматривать конфликт исключительно как противостояние США и Израиля с Ираном было бы поверхностно. Сегодня одновременно действуют четыре линии конфликта: прямые удары США и Израиля, ответные действия Ирана против Израиля и региональных игроков, энергетическое давление через Ормузский пролив и закулисные дипломатические маневры. Если хотя бы одна из этих линий будет приостановлена, напряженность может ослабнуть, но пока они функционируют одновременно, конфликт превращается в самоподдерживающийся региональный кризис.

Эксперт предупреждает о риске расширения географии войны: «Иран не ограничивается ударами по Израилю, страны Персидского залива также оказываются под угрозой, а Израиль усиливает давление одновременно на иранском и ливанском направлениях». В этих условиях двусторонняя конфронтация неизбежно перерастает в более широкий региональный процесс.

Ликвидация верховного лидера Ирана — по оценке Йолчуева, событие беспрецедентное для системы международных отношений, поднимающее вопросы о суверенитете, границах допустимого и будущем международного права. США и Израиль мотивируют свои действия необходимостью нейтрализации военной и ядерной стратегии Ирана, однако последствия могут быть двоякими: с одной стороны, это ослабление Тегерана, с другой — рост риска долгосрочной конфронтации и усиление нагрузки на американское военное присутствие в регионе.

Эксперт рассматривает несколько возможных сценариев ближайшего развития. Наиболее вероятным видится ограниченная дипломатическая пауза, когда США откладывают удары по энергетическим объектам, а Иран сохраняет неформальные каналы переговоров. Это не полноценное мирное соглашение, а скорее контролируемая пауза, позволяющая сторонам временно стабилизировать ситуацию, но не снимающая существующих рисков.

Другой сценарий — затяжная война на истощение, когда боевые действия продолжаются, энергетический кризис углубляется, а страны региона все глубже втягиваются в противостояние. Динамика последних недель наиболее соответствует этому сценарию, и Йолчуев отмечает, что такая модель опасна тем, что по мере истощения сторон их поведение может становиться все более жестким.

Региональное расширение конфликта — еще один тревожный вариант, который предполагает углубление Ливанского фронта, новые атаки в Персидском заливе, дополнительные столкновения в Ираке и на морских коммуникациях. Локальные эпизоды перерастают в широкомасштабную региональную операцию по переустройству Ближнего Востока.

И, наконец, по словам политолога, возможна политическая трансформация при военной паузе — сценарий обсуждаемый, но пока наименее подтвержденный. Возможны каналы посредничества и тестирование новой модели управления кризисом, однако этот путь сам по себе нестабилен: фигуры, рассматриваемые как переходные, часто становятся одновременно целями, что создает дополнительный риск.

Особое внимание эксперт уделяет Каспийскому региону: удары Израиля по иранской морской инфраструктуре в Каспии изменили цепочки поставок и грузопотоки. Через Азербайджан проходят четыре международных транспортных коридора, два из которых являются ключевыми — Средний коридор и маршрут Север-Юг. После начала эскалации значительная часть грузопотоков перенаправляется через Баку и Черное море, формируя новые логистические маршруты и меняя баланс транспортных потоков в регионе.

Йолчуев подчеркивает, что Азербайджан и Иран активно координируют вопросы безопасности Каспийского региона на дипломатическом уровне.

Азербайджан, по его словам, демонстрирует взвешенную сдержанность: страна не заинтересована в эскалации, уже дважды оказывала гуманитарную помощь Ирану, но готова к любому сценарию обострения. «Сегодня ключевой приоритет Азербайджана — сохранение стабильности в регионе. При этом страна демонстрирует способность отстаивать свои стратегические интересы, и последствия любой эскалации будут ощущаться не только в Иране, но и в структуре всей региональной конфигурации», — резюмирует Орхан Йолчуев.