Выступление Президента Азербайджана Ильхама Алиева на VIII съезде Партии «Ени Азербайджан» следует рассматривать не только как внутриполитическую речь, но и как системное изложение того, каким Баку видит свое место в меняющейся международной архитектуре.

Такое мнение выразила эксперт по международным отношениям Аналитического центра CASPIA Наргиз Мамедова, проанализировав основные внешнеполитические и геополитические сигналы выступления главы государства на телеканале СБС в передаче "Экономика дня".

VIII съезд Партии «Ени Азербайджан» состоялся 2 октября 2026 года в Баку. Значительная часть выступления Ильхама Алиева была посвящена вопросам безопасности, внешней политики, военно-политического потенциала, энергетики, транспортной связности и позиции Азербайджана в формирующейся международной системе. Президент, в частности, заявил, что Азербайджан не намерен присоединяться к противостоящим международным лагерям, а внешняя политика страны должна быть «не оборонительной, а активной и преимущественно наступательной».

По ее мнению, в выступлении прослеживается образ Азербайджана как государства, которое не связывает себя исключительно с одним центром силы. Сам Алиев отметил многовекторность международных связей страны, контакты с различными политическими центрами и отказ от присоединения к какому-либо международному лагерю. Он также подчеркнул, что Азербайджан все чаще становится площадкой для контактов представителей государств, находящихся между собой в сложных отношениях.

С точки зрения реальной геополитики, считает Мамедова,  для относительно небольшого государства задача заключается не в том, чтобы дистанцироваться от крупных держав, а, напротив, в том, чтобы поддерживать рабочие отношения одновременно с несколькими центрами силы, не допуская превращения этих отношений в одностороннюю зависимость.

Показательным в этом отношении является сделанный в речи акцент на стратегических отношениях одновременно с США и Китаем. В феврале 2026 года Азербайджан и Соединенные Штаты подписали Хартию о стратегическом партнерстве, включающую сотрудничество в сферах региональной связности, энергетики, торговли, инвестиций, цифровой инфраструктуры и безопасности. Отношения с Китаем, в свою очередь, ранее были повышены до уровня всеобъемлющего стратегического партнерства.

По мнению эксперта CASPIA, этот параллельный трек имеет важное геополитическое значение. В условиях усиливающейся глобальной конкуренции между Вашингтоном и Пекином Баку стремится не выбирать между двумя центрами силы, а выстраивать с каждым собственную функциональную повестку. Такая модель позволяет Азербайджану получать политические и экономические преимущества от взаимодействия с разными партнерами, одновременно сохраняя возможность самостоятельно определять пределы этого сотрудничества.

Отдельным месседжем выступления стала характеристика Азербайджана как формирующейся «средней державы». Алиев отметил, что ряд экспертов уже относит страну к категории middle powers, связывая это в том числе с экономической самостоятельностью и возросшим международным авторитетом.

Мамедова считает, что здесь важно не столько само определение, сколько критерии, которыми Азербайджан пытается наполнить этот статус. В классическом понимании средняя держава не способна соперничать с великими державами по совокупной военной или экономической мощи, однако может приобретать непропорционально большое влияние за счет географии, ресурсов, региональных связей, дипломатической мобильности и способности быть полезной сразу нескольким крупным игрокам.

В азербайджанском случае такими инструментами становятся энергетические ресурсы, положение на пересечении транспортных коридоров Восток–Запад и Север–Юг, связи с Центральной Азией, Южным Кавказом, Турцией, Европой, США, Китаем и исламским миром. В ноябре 2025 года Азербайджан стал полноправным участником Консультативных встреч глав государств Центральной Азии — шаг, который дополнительно институционализировал связь между Южным Кавказом и Центральной Азией.

По мнению Мамедовой, в условиях продолжающейся трансформации международной системы именно способность сочетать эти инструменты — а не ставка только на один из них — будет определять реальную геополитическую позицию Азербайджана в ближайшие годы.