Введение новой конституционной модели в Казахстане переходит из политико-правовой плоскости в практическую. После принятия новой Конституции власти приступают к формированию институтов, которые должны обеспечить её непосредственную реализацию. Поэтому первая сессия Курултая имеет значение гораздо шире, чем просто начало работы нового парламента. Фактически именно сейчас начинает формироваться новая конфигурация государственной власти, а первые кадровые решения позволяют понять, каким образом президентская инициатива будет воплощаться на практике.

Выступая на открытии первой сессии Курултая, Касым-Жомарт Токаев обозначил первоочередные задачи: избрать руководство нового парламента, сформировать его структуру, определить состав правительства и назначить ряд ключевых государственных должностных лиц. Президент подчеркнул, что в соответствии с новой Конституцией необходимо принять ряд процедурных решений, чтобы обновлённые институты власти могли приступить к полноценной работе.

На первый взгляд, речь идёт преимущественно о технических процедурах. Однако именно через них будет определяться реальное содержание новой политической системы. Конституционная реформа создаёт новую институциональную рамку, но её политический эффект будет зависеть от того, как на практике распределятся полномочия между президентом, Курултаем, правительством, вице-президентом и Советом безопасности.

Одним из первых решений должно стать избрание руководства Курултая. Токаев предложил на должность главы нового парламента Айбека Дадебая. Обосновывая свой выбор, президент отметил его продолжительный опыт работы в системе государственного управления, образованность, патриотизм и ответственность. Сама основа этой характеристики показательна: на начальном этапе формирования нового института власти приоритетом становится не столько политическая конкуренция, сколько обеспечение его устойчивой и управляемой работы.

При этом гораздо более важным является то, что одновременно с формированием Курултая президент обозначил будущую конфигурацию исполнительной власти. В соответствии с Конституцией Токаев намерен внести на рассмотрение депутатов кандидатуры вице-президента и премьер-министра. После консультаций с депутатами будет сформирован новый состав правительства. Кроме того, будет назначен заместитель председателя Совета безопасности.

Таким образом, речь идёт не о простой замене одного парламента другим. Практически одновременно перестраиваются несколько элементов государственной системы. Курултай должен получить своё руководство и структуру, исполнительная власть — новое руководство, появляется должность вице-президента, а в системе Совета безопасности формируется дополнительный уровень управления. В совокупности эти решения позволяют говорить о перенастройке всей институциональной архитектуры государства.

Особое внимание в этой связи заслуживает будущая роль вице-президента. Само появление этой должности потенциально способно изменить механизм принятия решений на высшем уровне. Многое будет зависеть от личности назначенного на эту позицию человека и от того, каким будет фактический объём его полномочий. Если вице-президент получит самостоятельную политическую и координационную функцию, он может стать важным связующим звеном между президентом, правительством и другими государственными институтами. Если же его роль будет преимущественно административной, должность останется частью общей системы президентского управления.

Не менее значимым является изменение конфигурации Совета безопасности. Назначение заместителя председателя Совета безопасности указывает на стремление дополнительно институционализировать механизм координации вопросов стратегической и национальной безопасности. В сочетании с появлением вице-президента это создаёт новый слой высшего государственного управления, значение которого станет понятнее после того, как будут определены конкретные полномочия и зоны ответственности соответствующих должностных лиц.

При этом важно не воспринимать происходящее как полный демонтаж прежней системы. Конституционная реформа, скорее, выглядит как перестройка существующей модели управления с сохранением её ключевого принципа — высокой степени политической управляемости.

Особенно интересным станет вопрос о политическом весе самого Курултая. Получит ли он возможность не только принимать законодательные решения, но и реально влиять на деятельность правительства? Насколько существенными окажутся консультационные и контрольные функции депутатов? Будет ли формироваться более выраженная политическая ответственность правительства перед парламентом? Ответы на эти вопросы покажут, насколько глубоко новая система отличается от предыдущей.

Пока же первые шаги скорее свидетельствуют о постепенном и контролируемом переходе, чем о резкой трансформации. Президент лично задаёт последовательность формирования новых институтов, определяет ключевые кадровые кандидатуры и связывает их создание с последующим представлением ежегодного послания народу.

В этом смысле нынешняя сессия Курултая является скорее началом, чем завершением реформы. Принятие новой Конституции создало формальную основу для изменения системы, однако её реальное содержание будет определяться последующими решениями. Именно кадровые назначения, распределение полномочий и первые практические отношения между институтами покажут, насколько глубокой окажется заявленная трансформация.

Для Казахстана это особенно важно с точки зрения долгосрочной политической стабильности. Любая новая институциональная модель должна не только выглядеть убедительно на уровне конституционного текста, но и обеспечить понятный механизм принятия решений, распределения ответственности и преемственности власти. Поэтому ближайший период станет своеобразным тестом на жизнеспособность новой архитектуры.

Казахстанский политолог и политический обозреватель, член Экспертного клуба при Сенате Парламента Республики Казахстан, член Общественной палаты при Мажилисе Парламента РК и Экспертного совета при Уполномоченном по правам человека в РК Газиз Абишев отмечает, что произошедшую политическую реформу не стоит воспринимать как радикальный пересмотр всей системы государственного устройства Казахстана. По его словам, она не является «сверхфундаментальной» реформой политической системы, поскольку республика по-прежнему остается сильной президентской республикой. Как ранее подчеркивал сам президент на закрытии последней парламентской сессии предыдущего парламента, ключевая конструкция государственной власти сохраняется.

Президент продолжает обладать основными полномочиями в сфере внешней политики, является Верховным главнокомандующим и в целом остается центральной фигурой политической системы. Поэтому фундаментальная характеристика государственного устройства Казахстана после реформы не изменилась: глава государства, обладающий прямым народным мандатом, по-прежнему является осью всей системы.

Именно поэтому, считает Абишев, произошедшие изменения следует прежде всего рассматривать как коренную реформу парламента. Главным результатом стало преобразование его структуры — переход от двухпалатной системы к однопалатной. При этом все депутаты избираются напрямую: нет депутатов, которые получали бы мандат косвенным путем через местные представительные органы, и нет президентских квот.

Все парламентские мандаты теперь фактически находятся в равном положении. Депутаты избираются от партий по пропорциональной системе, а законодательный орган работает в формате одной палаты с новым регламентом. Именно это, по мнению эксперта, и является ключевым парламентским изменением.

При этом после завершения формирования Курултая ожидать столь же масштабного пересмотра распределения полномочий между основными институтами власти не приходится. Ключевой фигурой всей политической системы по-прежнему остается президент. Причем здесь, подчеркивает Абишев, достаточно обратиться к собственным публичным заявлениям главы государства.

Президент также проводит обновление политического класса, причем делает это не только через институциональные реформы, но и через кадровую политику. В качестве показательного примера Абишев приводит назначение Айбека Дадебая. Его главное преимущество, по мнению эксперта, заключается в том, что это проверенный президентом человек и его доверенное лицо.

Дадебай на протяжении примерно 18 лет работал рядом с президентом на различных должностях. До нынешнего назначения он возглавлял администрацию президента, ранее занимал должность управляющего делами президента, а также работал в качестве советника и помощника. Еще в период работы Токаева в Швейцарии, когда он занимал должность заместителя Генерального секретаря ООН, Тадебай также работал вместе с ним.

Таким образом, Абишев видит в кадровой политике президента более широкий процесс — постепенное обновление политического класса. На ключевые узловые позиции приходят люди, которых глава государства знает лично и которым доверяет. Это, по его мнению, является частью формирования «нового Казахстана» — Казахстана, который в определенной степени дистанцируется от прежней политической модели и старого политического класса.

Показателен в этом отношении и нынешний премьер-министр, который сейчас исполняет обязанности главы правительства. Пока неясно, сохранит ли он эту должность в дальнейшем, однако сам факт его появления имеет определенное значение. Это первый казахстанский премьер-министр, который до этого не работал в правительстве и, в частности, не занимал государственных должностей в правительстве при Нурсултане Назарбаеве.

Говоря о том, каким президент хочет видеть новый Курултай, считает Абишев, правильнее ориентироваться не столько на конкретные кадровые назначения, сколько на слова самого главы государства. Президент неоднократно говорил о необходимости профессионального парламента, но одновременно подчеркивал важность появления в нем новых людей.

И нынешний состав парламента, по мнению эксперта, в значительной степени соответствует этой установке. Произошло существенное обновление депутатского корпуса: многие представители предыдущего состава не смогли пройти в новый парламент, тогда как значительное количество мандатов получили специалисты среднего поколения, отраслевые профессионалы и эксперты в различных сферах.

Таким образом, обновление произошло не только формально, но и по персональному составу. Абишев считает, что парламент обновился более чем наполовину, а возможно, примерно на две трети.

Есть и еще одна важная деталь. В новый парламент не прошел целый ряд достаточно громких популистов, которые ранее были представлены в различных партиях. Сам по себе этот факт, считает эксперт, тоже показателен: он свидетельствует о том, что президент делает ставку прежде всего на компетентность и профессионализм, а не на политический хайп.

Токаев прямо критиковал подобную модель публичного поведения. В своем выступлении на августовской конференции, а затем и на первой сессии нового парламента он вновь говорил о том, что постоянная ориентация на хайп и бесконечное публичное «стенание» не должны становиться основой политической работы. На первый план, напротив, должны выходить профессионализм, компетентность и способность решать конкретные задачи.

Именно в таком направлении, считает Абишев, и будет развиваться работа нового парламента. Его задача заключается не только в принятии законов как таковых, но и в законодательном сопровождении текущих процессов и преобразований. Речь идет о цифровизации, повышении эффективности государственного управления, совершенствовании бюджетной политики, развитии экономики и решении других практических задач.

При этом Абишев отдельно подчеркивает, что говорить о классическом «треугольнике» Курултай — президент — правительство было бы неправильно, поскольку эти три института не являются равными вершинами политической системы. Президент занимает в ней очевидно центральное положение и играет ключевую роль в принятии стратегических решений.

Что касается института вице-президента, то и здесь, по мнению эксперта, не стоит ожидать появления самостоятельного политического центра. Вице-президент не обладает достаточной институциональной автономией для того, чтобы превратиться в самостоятельную политическую фигуру.

Да, вице-президент назначается при согласовании с Курултаем, однако президент в любой момент может освободить его от должности. Кроме того, полномочия вице-президента определяются в значительной степени самим президентом. Они включают взаимодействие с правительством, Курултаем и другие направления, однако фактически вице-президент действует в рамках полномочий и поручений главы государства.

Особенно важен вопрос о том, что произойдет в случае досрочного прекращения полномочий президента. В такой ситуации вице-президент становится временно исполняющим обязанности главы государства. Однако, в отличие от предыдущей конституционной модели, он не получает возможности просто досидеть оставшийся президентский мандат.

В течение двух месяцев после этого должны состояться новые президентские выборы, в которых потенциально может участвовать любой кандидат, отвечающий установленным требованиям. Поэтому, подчеркивает Абишев, нынешний вице-президент не превращается в фигуру, способную автоматически унаследовать президентскую власть и затем проводить собственную политическую линию.

Наконец, говоря о ежегодном послании президента, Абишев отмечает, что его значение также не следует недооценивать. Послание традиционно является программным документом, определяющим основные задачи как на текущий год, так и на среднесрочную перспективу. В этом смысле нынешнее послание следует воспринимать как продолжение предыдущего программного цикла. Если прошлогоднее послание задавало приоритеты на соответствующий политический и экономический сезон, то нынешнее формирует повестку уже на следующий этап. Поэтому его значение заключается не только в обозначении отдельных реформ, но и в определении общего направления дальнейшей работы государства.